Centra + Аэрофлот. Зачем Аэрофлот продает рекламу, как сейчас выглядит entrpise-закупка, инхаус vs. агентства в 24-25

О Centra и идеальном клиенте

Иннокентий. Я вас немножко представил уже в интро, но расскажи своими словами, чем вы занимаетесь и, может быть, почему вы решили назваться именно маркетплейсом, а не платформой, как некоторые другие ребята, которые примерно в той же сфере работают.

Евгений Кораблев. На самом деле, очень любопытный вопрос. Я никогда не задавался им — почему именно эта история про маркетплейс, почему именно так назвались. Но, зайдя на сайт, можно вполне себе сразу понять, почему так: у нас есть, как в любом другом классическом онлайн-маркетплейсе, история про витрину, история про личный кабинет. Есть те самые сущности, которые делают маркетплейс маркетплейсом, а именно селлеры. В нашем конкретном случае это площадки, инструменты и различные сопутствующие истории для диджитал-маркетинга. Наверное, по этой причине можно назвать конкретно наш продукт маркетплейсом.

Смею заметить, что мы первые начали называться маркетплейсом, и уже сейчас мы видим, как некоторые из наших конкурентов двигаются в этом направлении. Наверное, это связано ещё с тем, что небезызвестные Ozon и Wildberries показали в последнее время колоссальный рост, и мы, наверное, ловим этот инстрим, сёрфим на тему маркетплейса.

Иннокентий. А кто ваш идеальный клиент?

Евгений Кораблев. Наш идеальный клиент — это, безусловно, рекламодатель. Важно понимать, что мы также работаем и с большим количеством рекламных агентств. Но идеальный для нас рекламодатель — тот, который по природе своей был изначально ориентирован на диджитал-маркетинг. Например, условный GrowFood, который изначально всё делал в рамках диджитал, и все свои рекламные кампании запускал именно там. Соответственно, экспертиза и уровень людей у них был очень высокий для того, чтобы строить инхаус-команду у себя внутри. Сочетание двух факторов — базовая диджитальная природа продукта и наличие сильной внутренней экспертизы — для нас является идеальным миксом, чтобы назвать такого клиента эталонным.

Иннокентий. А какие-то параметры? Шиномонтаж на районе же, наверное, не должен подходить.

Евгений Кораблев. Кто знает. Но если это крупнейшая в России сеть шиномонтажа, которая активно диджитал качает, то конечно да. Это enterprise-рекламодатели с бюджетами от, наверное, 10–20 миллионов рублей в месяц. Крупные, крепенькие бизнесы, которые могут себе позволить тратить столько денег на диджитал.

Рекламное агентство — тоже интересная история, поскольку сам ландшафт рынка достаточно разрозненный, и не все рекламные агентства имеют те возможности, которые есть у нас — с точки зрения закупки рекламного инвентаря, контрактов, каких-то value со стороны площадок. Мы выросли фактически из рекламного агентства RealWeb, были созданы на его базе порядка пяти лет назад. Но сейчас уже значительно перерастаем его по некоторым параметрам.

Как поменялся инвентарь после ухода западных платформ

Иннокентий. Расскажи, пожалуйста, как поменялось то, что вы продаёте, инвентарь, набор селлеров за последние годы, особенно после ухода Google и Facebook.

Евгений Кораблев. Всё изначально родилось, как и в любом большом рекламном агентстве, которое работает с крупными рекламодателями. Появилась история про биллинги — когда у рекламодателя есть необходимость проводить часть рекламных бюджетов через рекламное агентство, получать некоторые бенефиты, экспертизу, упрощать документооборот, кредитную нагрузку. В какой-то момент фаундеры группы компаний, наши идейные вдохновители, поехали в Америку подсмотреть, как там это всё выглядит. И там уже на тот момент был очень явным тренд на инхаус: рекламодатели строят рекламные активности собственными силами, черпают экспертизу со стороны рекламных агентств, но являются держателями своих диджитал-ресурсов у себя внутри.

Иннокентий. А когда была эта поездка? Год 18-й?

Евгений Кораблев. Год 18-й, примерно пять лет назад. Вообще, насколько мне известно, это реально было нарисовано на салфетке. Тогда и началась история с развитием инхаус-рекламодателей. У нас даже понятия marketplace ещё не было. Мы выделяли пять основных пунктов, которые помогли бы построить инхаус-команду крупному рекламодателю. Первое — люди, команды, подбор персонала. Второе — аналитика (благо RealWeb всегда славился очень сильной аналитикой). Третье — онбординг: погружение в процессы, выстраивание всех этих историй внутри. Четвёртое, впоследствии самое важное — закупка инвентаря. Пятое — обучающие мероприятия, назову это передачей экспертизы.

Тогда компания ещё называлась RealWeb Partners, потом — RealWeb Consulting. Дальше мы сделали фокус на развитие продукта в рамках закупки инвентаря — так и родилась история с marketplace.

В 2020 году, я ещё был в отделе продаж, и, честно скажу, продавать было одно удовольствие. Были потрясающие условия, потрясающий выбор инвентаря. Зарубежный инвентарь был на порядок сильнее — взять тот же Google и Facebook, там совершенно другие мощности, это не камень в огород нашего инвентаря, но выглядело это всё гораздо мощнее. По этой причине сплит был порядка 80 на 20 — 80% Google и Facebook, 20% всё остальное. Тогда же был замечательный инструмент DV360 — шикарнейший программатик для брендформанса от Google, который в моменте мог потрясающе перформить.

Была просто сказка. И вот в одночасье, после известных событий, мы ввели нули. Тогда это казалось концом всего: 80% денег в моменте превратились в пустое ничего.

Но именно тогда сама концепция маркетплейса начала жить. Возможность закупать большое количество инвентаря в рамках одного окна, с возможностью быстрых оперативных тестов и получения экспертизы и обучений, оказалась безумно актуальна. Могу сказать, что 22-й год мы в итоге закрыли лучше, чем 21-й. Произошла пересплитовка вместе со всем рынком: пустые 80% превратились в осязаемое значение со стороны Яндекса и VK. Наш инвентарь не был готов в полной степени заменить всё то, что ушло, но рынок не развалился — это факт. И тогда история про ритейл-медиа задышала совершенно новыми красками.

Мы проводим сейчас исследование на тему изменений ландшафта рынка — как менялась закупка, как сейчас закупают, — и затрагиваем очень активный вопрос, связанный с уходом зарубежных площадок. Есть показательные графики, на которых чётко видно, что после 2022 года произошёл восьмикратный рост трафика на ритейл-медиа.

Ритейл-медиа превращается в сервис-медиа

Иннокентий. Ты про ритейл-медиа говоришь, и это, видимо, абсолютно центральная часть твоей реальности. Но, может быть, не для всех это так. Расскажи чуть побольше, что это.

Евгений Кораблев. Я тут готов поспорить. Даже для обывателей становится ясным и понятным, когда заходишь в экранное время в своём айфоне и видишь, что условный Ozon или Wildberries занимает достаточно много времени — и не только экранное время, а ещё и поисковая строка дефолтная тоже. Это очень серьёзный звоночек. Для всех сейчас понятно и очевидно, что ритейл-медиа является серьёзным драйвером роста всего рынка. Яркий пример — Ozon, Wildberries, все площадки, которые завязаны на электронной торговле.

Но ритейл-медиа сейчас претерпевает вполне закономерные изменения и эволюцию, поскольку на рынке есть большое количество брендов, у которых число трафика на их ресурсах очень ощутимое. Появление кликаута на Wildberries — вполне закономерная история, которую все очень долго ждали. Тот же Самокат, Детский мир активно выкатывают новые форматы. Знаю, что есть ещё ряд компаний, которые планируют это делать, — рано или поздно вы увидите большое количество громких, серьёзных имён в поле новых ритейл-медиа источников.

Наверное, было бы правильно называть это уже не ритейл-медиа, а скорее сервис-медиа. Взять тот же Аэрофлот, с которым мы начали работать в августе этого года. Ритейл-медиа его не назовёшь, но можно назвать сервис-медиа, поскольку речь не о покупке конкретно каких-то физических товаров, а об услуге.

Что покупает крупный рекламодатель: типичный сплит

Иннокентий. Можешь поделиться, как выглядит какой-то более-менее типичный микс? Понятно, это будет среднее по больнице. То, что покупает через вас крупный enterprise-клиент — если сравнивать, может быть, VK и Яндекс в одну сторону, как раньше Facebook и Google в другую.

Евгений Кораблев. Всё зависит от типа рекламодателя. Для каких-то только перформанс применим. Для более взрослых, осознанных рекламодателей активно включается история медийной рекламы — это программатики, это OLV, это классическая медийная реклама на условных РБК, Коммерсанте и прочих площадках. Активно сейчас идёт рост мобилки — понятно, что со временем он замедлится, людей не может быть меньше, чем смартфонов, и когда-то этот рост прекратится. Но мобильная реклама всё равно очень большой кусок в этом пироге сплита.

Есть история про блогеров. Они всё так же работают, даже несмотря на то, что Instagram и YouTube немножко прекратили работу в том виде, в котором работали ранее, — просто люди перестроили весь свой трафик на другие площадки: Telegram, Дзен, VK Видео, Rutube. Тут примерно такой же сплит 80 на 20, ничего особо не поменялось — просто место основных перформанс-каналов заняли Яндекс и VK. А дальше идут OLV, программатик, блогеры, посевы. Даже несмотря на то, что сейчас Telegram активно видоизменяется: если раньше это была история про небольшую плашечку, то сейчас это полноценные баннеры, видео и интересные форматы.

В дополнение появляется реклама в мини-апах. Я ещё два года назад рассуждал на эту тему, и, как мне кажется, мини-апы в Telegram в значительной степени перетянут на себя часть трафика — это замечательная возможность в рамках одного окна покупать товары, покупать услуги, контактировать с брендом, участвовать в активациях. Появление мини-апов даёт новые плейсменты и возможность контактировать с аудиторией. Думаю, что в следующем году это будет значительно прирастать.

Иннокентий. Я как раз работал с таким проектом — видел изнутри игровой мини-ап Playdeck. Скажи, а вот ритейл-медиа или сервис-медиа — где они в этом 80 на 20?

Евгений Кораблев. Тут, наверное, немножко соврал — я рассматривал сплит именно наших рекламодателей. Но сейчас ритейл-медиа, по ощущениям, это процентов 30–40 уже от диджитал-сплита.

Иннокентий. А куда ты их относишь — больше к перформансу или к более взрослым охватным форматам?

Евгений Кораблев. В первую очередь это всё-таки медийная реклама, но перформанс тоже имеет место быть. Есть понятие брендформанс — это где-то посередине. С ростом возможностей площадок, использования больших данных, аудиторных сегментов, настроек таргетингов перекос в сторону перформанса будет расти. Но сейчас, вероятно, это можно использовать и как классический перформанс — всё-таки есть более традиционные для этого инструменты и каналы.

Как Centra начала работать с Аэрофлотом — не как с клиентом, а как с площадкой

Иннокентий. До того, как мы начали записываться, ты поделился, что вы начали работать с Аэрофлотом. Но не как с клиентом, который через вас что-то откручивает, а наоборот — как с партнёром, как с сейлером. Это дико интересно. Расскажешь, как это устроено, какие есть наблюдения, результаты?

Евгений Кораблев. Для нас это очень важный и, наверное, переломный момент внутри компании. Это классный, сильный эксклюзив, классная возможность заявить о себе рынку и начать активно лидировать в этом стриме.

По форматам всё довольно просто: это весь сайт — баннер на главной, баннеры в футере, баннеры в контенте, баннеры на страницах регистрации. В чём прелесть происходящего: если мы знаем и понимаем, что человек летит в город Сочи, мы предлагаем ему рекламу, условно, Красной Поляны — можешь здесь покататься, мы знаем, что ты летишь. Аналогично может быть со связанными оффлайн-магазинами: человек летит, условно, в Воронеж — вот тебе, приди в Воронеже, купи что-нибудь интересное. Информация и возможности, которые даёт Аэрофлот, в этом плане очень любопытные — можно таргетироваться на разную аудиторию в зависимости от того, куда она летит. Это достаточно ценная история.

Понятно, что в будущем будем более точно прорабатывать аудиторные сегменты, более гибкие настройки таргетингов, новые форматы. На этом мы не останавливаемся. И помимо этого, довольно любопытно — новое для нас — мы начали работать с оффлайн-форматами. Это всё, что находится на борту самолётов: стаканчики, сэмплинги различных продукций, вкладыши в кресло. И мы ещё ждём, когда сможем работать с экранами внутри самолётов.

Иннокентий. Там же есть экраны, конечно.

Евгений Кораблев. Да, там тоже есть, на самом деле, что поделать. Прежде чем мы начали работать, мы с коллегой летали на конференцию и в полёте всё это посмотрели — кто что может делать, кто как работает. Если какие-то рекламодатели уже это полностью изучили — тоже очень интересная история.

Иннокентий. Слушай, но это же про стаканчики оффлайн и прочее — это же нельзя закупить через цифровой маркетплейс. Это всё-таки спецпроект, наверное.

Евгений Кораблев. Это, безусловно, спецпроектная история, но тем не менее все запросы так же проходят через платформу — люди могут оставить запрос там же. Понятно, что это довольно редкая история, не попсовая, и не каждый может себе это позволить. Но уже есть ряд рекламных кампаний, которые активно обсуждаются именно по части оффлайна. Это интересный, любопытный формат. А с точки зрения того, как можно померить через QR и прочие вещи, — мы сможем оценивать эффективность вложений рекламодателей и в эту историю.

Иннокентий. У меня тут к вам одна просьба. Я когда-то, в более спокойные времена, летал Air Nostrum — длинный рейс из Барселоны на Канарские острова, часов пять-шесть. И там была очень громкая аудиореклама. Пожалуйста, не делайте этого — это аудиореклама, которая заставляет ненавидеть всё, что там упоминалось, как только выходишь из самолёта.

Евгений Кораблев. Безусловно, реклама должна быть адекватной, ненавязчивой. Она не должна бесить точно. Мы знаем огромное количество брендов, которые таким образом сильно повысили знание о себе — взять тот же 1xBet, ставки на спорт, которые кричат из каждого утюга. Мы в эту сторону смотреть не собираемся. Думаю, что Аэрофлот тоже не хотел бы превращать это в некий базар. Всё-таки Аэрофлот очень сильный бренд, самый крупный авиаперевозчик страны, с огромным парком самолётов, с огромными возможностями и ресурсами. Поэтому здесь всё будет достаточно бренд-сейфти.

Взгляд со стороны Аэрофлота: комментарий Яны Пономаревой

Иннокентий. Нам очень повезло — к нам сегодня сможет подключиться Яна Пономарева, замдиректора департамента продаж и маркетинга Аэрофлота, и расскажет, как это выглядит с их стороны. Яна, привет. Расскажи, пожалуйста, как Аэрофлот пришёл к мысли о том, чтобы стать селлером рекламы.

Яна Пономарева. Привет. Все говорят, что сейчас есть тенденция — она в принципе уже идёт года два — на рекламу кликаута. И наконец-то мы были готовы к тому, чтобы технически всё это реализовать на нашем сайте. Мы это сделали, сейчас успешно запускаем. И очень надеемся, что наша рекламная статья будет увеличиваться — и не только мы ставим целью, чтобы она увеличилась, но и чтобы эффективность данного канала для наших рекламодателей была очень высокой.

Иннокентий. Слушай, а если не секрет, как вы смотрите на этот ревенюстрим? Это скорее способ компенсировать собственные издержки на маркетинг, или это действительно генерирующий центр?

Яна Пономарева. С точки зрения бизнесового подхода эта статья сейчас очень-очень маленькая: в тотал-бюджете, который у нас есть, расходная часть намного больше. Мы являемся номер один перевозчиком в стране, но угол обзора и та ёмкость, которая у нас есть, всё равно небольшая. Поэтому мы рассматриваем это только с точки зрения наполнения доходной части — это не цель, которая перевешивает то, что расходную часть мы не ощущали. На года три мы рассматриваем, как отладить все процессы по запуску: смотрим, чтобы реклама была эффективна, выставляем определённые границы, чтобы она работала нон-стопом и практически на автомате. И дальше, когда бизнес Аэрофлота будет расти, будем рассматривать другие варианты — чтобы быть в тренде легко запускаемой рекламы, личного кабинета в идеале. Пока мы в начальной стадии. Но с точки зрения нашей аудитории мы уже достаточно желанны для рекламодателей, поэтому у нас хорошая начальная точка отсчёта.

Иннокентий. А какие-то результаты уже есть? Может быть, поделишься чем-то — не деньгами, но процентами, трендами?

Яна Пономарева. У нас стартовало первое размещение, оно успешно идёт. Тот коммит, который у нас есть по показам на сайте, по трафику, который мы можем давать, уже превышает плановые значения.

Иннокентий. Желаю большой удачи с этой инициативой.

Яна Пономарева. Спасибо большое.

Что делать с небольшим бюджетом: рекомендации Евгения

Иннокентий. Жень, возвращаемся к тебе. На что ты рекомендуешь маркетологам обратить внимание — не только enterprise? Часть слушателей с бюджетом меньше 10 миллионов в месяц. Что сейчас круто работает в закупке, что не очень сложно купить — не спецпроект, не кастомный пиар, — но не все ещё это делают?

Евгений Кораблев. Самая главная рекомендация — в первую очередь понять свой продукт. Оценить путь пользователя, как он вообще доходит до этого продукта. Поставить себя на его место и понять, в каких условиях я могу купить тот или иной продукт. Это самое важное и основное, прежде чем идти выбирать какой-то канал или пытаться угнаться за трендами.

Если рекламодатель заточен под работу, например, у него есть телеграм-бот, есть канал, в рамках которого настроена определённая воронка, и ему нужно конвертировать трафик — в данном случае мини-ап будет вполне адекватной историей, потому что чем короче путь пользователя, тем выше вероятность конверсии. Но если у вас есть сайт с заказом условной пиццы, вы из небольшого города — самым лучшим решением не будет реклама в мини-апах. Лучшим решением будет геореклама Яндекса либо 2ГИС, контекстные запросы и, возможно, узкий геотаргет по соцсетям, ВКонтакте. Важно себя трезво оценивать — это первое и ключевое.

А дальше уже можно смотреть кейсы — благо сейчас колоссальное количество людей делится опытом. Ни в коем случае не надо обращать внимание на инфоцыган, я их очень не люблю. Не надо пытаться повторить их успех, потому что у каждого путь свой, продукты у всех разные. В первую очередь нужно детально и честно, не строя воздушных замков, понять, кто твоя аудитория, сколько ты реально можешь зарабатывать в рамках своего бизнеса и как может выглядеть путь пользователя перед покупкой твоего продукта.

Ещё есть замечательная вещь, как маркетплейсы. Если у вас товары — маркетплейсы очень классная точка входа. Я даже не знаю, сколько сейчас миллионов селлеров в России, но как будто каждый второй пытается этим заниматься. Я люблю шоссейный велосипед, езжу в электричках, забрасываюсь куда-нибудь далеко, а потом еду домой километров сто. И даже в электричках люди сидят и обсуждают, как у них магазинчик на Ozon, на Wildberries, что-то пишут в WhatsApp клиентам. Понятно, что маркетплейсы зарабатывают на этом какое-то немыслимое количество денег, но открытой информации, у скольких людей получается по итогу заработать, я не видел. Тем не менее при удачном выборе продукта, изучении своей ниши и возможностей маркетплейсы будут очень хорошей историей.

Ещё важное замечание: маркетплейсы тоже рубятся друг с другом за селлеров. Есть вполне яркие рекламные кампании, которые говорят: слушайте, вот у них плохо, у нас гораздо лучше, можете продавать у нас, у нас и комиссия меньше, и пороги входа ниже, и с логистикой проще. Поэтому важно обращать на это внимание и выбирать среди возможностей оптимальную — благо они сейчас есть, и Ozon или Wildberries не единственные маркетплейсы, на которых можно успешно начинать торговать.

Инхаус против агентства: как изменился рынок после 2022 года

Иннокентий. Ты упоминал, что вы делаете исследования — если я правильно понимаю, это enterprise-закупка, и вы спрашиваете довольно большую панель, что делается in-house, что отдаётся в агентство. Поделись, какие видите тренды сегодня, как это менялось за последние несколько лет?

Евгений Кораблев. По тем исследованиям, которые мы проводили ранее, до 2022 года тренд на in-house и вот эту трансформацию был более явным и активным — компании хотели всё практически себе внутрь забрать. После 2022 года ситуация немножко поменялась: темпы изменения в сторону in-house уменьшились, но приобрели другую природу. Сейчас мы видим больше гибридных рекламодателей, которые ведут часть своих активностей самостоятельно, а там, где не хватает экспертизы людей, отдают рекламным агентствам. Это, наверное, сейчас наиболее часто встречающаяся конструкция у рекламодателей.

Иннокентий. А почему им вроде хватало экспертизы людей до 2022, а потом перестало?

Евгений Кораблев. Пришлось работать с гораздо большим количеством инвентаря — то есть дробность повысилась. Миллион вещей, которые надо делать, и очень сложно завести себе условно миллион каких-то «дзенологов». Важны ещё факторы того, что люди уехали из страны — огромное количество специалистов перетекло за рубеж. Сейчас работа на удалёнке довольно понятная история, благо нас к этому подготовила пандемия, хотя ничего хорошего там не было. Рынок сейчас выглядит так, что очень много людей топят только за то, чтобы работать на удалёнке. Это тоже весовой фактор, из-за которого некоторые компании не стали так активно идти в сторону инхауса — просто есть кадровый голод на рынке, и этого никто быстро не изменит. Это, наверное, одна из самых явных причин, почему не случилось активного перехода всех в инхаус.

Иннокентий. А у вас есть уже данные за 24-й год?

Евгений Кораблев. Собираем буквально сейчас, в процессе. Нужно успеть за несколько дней всё причесать. Данные получили, они пока в обработке — ждём информацию, делаем это совместно с партнёром по исследованию.

Совет для профессионального роста

Иннокентий. Последний вопрос, такой общий. Что посоветуешь маркетологам, которые хотят профессионально расти? Я раньше спрашивал про любимые ресурсы, но раз за разом натыкаюсь на ответ, что нет никаких любимых ресурсов, и все профессионалы черпают как-то из потока. Поэтому теперь спрашиваю про рост шире: где твой поток, как его организовать?

Евгений Кораблев. Небольшая предыстория о себе: я вообще базовый инженер, окончил нефтегаз, и пришёл в диджитал лет 7 назад. У меня был очень академический подход — мне надо было всё изучить, что-то посмотреть, данные собрать, проанализировать, понять, как со всем этим работать. У меня был замечательный первый руководитель, Рафаэль, и он мне говорит: «Слушай, Жек, ты успокойся, сиди, работай, сам всё узнаешь». Я первые два месяца сидел, ничего понять не мог — в чём смысл. Он говорит: «Хотя бы пойми, что такое CR, CPM, как это расшифровывается». Я говорю — окей.

И спустя пару месяцев я начал понимать, что чем больше ты варишься во всех процессах, чем больше общаешься с людьми — с клиентами, с людьми с разных площадок, — тем больше у тебя появляется экспертиза и насмотренность. Участие в реализации стратегий, диджитал, SMM, стратегий по блогерам — просто твоя ежедневная работа даёт тебе колоссальное количество экспертизы.

Есть большое количество ресурсов и мнений, которые я сам сейчас активно читаю — практически все основные отраслевые медиа. Сейчас очень люблю смотреть Postmarketing Daily — очень классные ребята, едко и интересно пишут. Есть огромное количество каналов сильных, известных на рынке людей — например, Асокин из Детского мира, очень интересно пишет. Много внутрянки диджитальной, именно с точки зрения управления и экспертизы, можно для себя почерпнуть — это твоя лента в Facebook. Чем больше у тебя людей, тем больше мнений и новую экспертизу ты можешь получить.

По сути, я бы обозвал рост экспертизы и насмотренности одним словом — это рост нетворкинга. Чем больше людей ты знаешь, тем больше мнений ты слышишь и как-то определяешь своё собственное. Универсального рецепта здесь нет, надо просто быть жадным до знаний, до правды.

Иннокентий. Если так суммировать — скорее фигачить широко? Если ты чувствуешь, что застрял в чём-то одном надолго, это звоночек, чтобы заняться чем-то соседним, иначе начинаешь терять.

Евгений Кораблев. Безусловно. Хорошо, что диджитал у нас достаточно широкий — можно найти для себя много интересного в зависимости от склада ума и типажа: можно быть шикарным байером, шикарным аналитиком или, не знаю, креатором, дизайнером. Диджитал объединяет огромное количество совершенно разных людей — по типу, по наполнению. И это, наверное, самое ценное.

Могу заметить, что большая часть топ-руководителей со стороны клиентов, площадок, даже у нас внутри — никто не имеет профессионального образования как маркетолог. Я, например, археолог по образованию, всю жизнь занимаюсь маркетингом.

Иннокентий. Мне кажется, вопрос на этом закрыт. Евгений, спасибо тебе огромное — очень насыщенно, интересно.